RSS  |  Сделать стартовой  |  В избранное  |  ИА "Взгляд-инфо"
 
№ 353 от 5 декабря 2017 г.  
Саратовский взгляд
Без категории
На пике света и любви…
18 июня 2009, 12:02
Автор: Елена БАЛАЯН

На 9 дней в его уютной двухкомнатной квартирке на Предмостовой площади весь день было многолюдно. Коллеги, друзья детства и просто хорошие знакомые собрались за поминальным столом, чтобы своим присутствием почтить память замечательного артиста и друга, трагически ушедшего от нас чуть больше двух недель назад. О Григории Семеновиче было сказано много хороших, теплых слов. И дело тут вовсе не в известном всем печальном обычае. Масштаб личности, который при жизни скрыт за внешней шелухой, после смерти раскрывается и предстает перед нами во всей своей полноте. Словно спадают невидимые оковы, и человека начинаешь видеть в другом, более ярком и в то же время спокойном и ровном свете – свете его души…

На украсивших зал домашних фотографиях Григорий Семенович словно живой – здоровый, смеющийся и счастливый. Вот он с любимым сыном Кириллом: оба в профиль, прижались друг к другу лбами и счастливо хохочут. В глазах отца – любовь и гордость за сына, в глазах сына – любовь и гордость за отца…
Вот семейство Цинманов в полном составе: супруга Людмила Николаевна, сын Кирилл, дочь Соня, белокурый кудрявый ангел – внучка Алиса и сам глава семьи беззаботно улыбаются в объектив…
А вот портрет, взглянув на который, невозможно оторвать глаз. Григорий Семенович стоит во весь рост в изящном белом джемпере, в одной руке у него толстый томик Станиславского, другой он с сакральной серьезностью на лице благословляет кого-то на театральное служение…
В то, что любимца саратовских театралов больше нет, не верит даже пушистая черная кошка Ася. Весь день она пролежала посреди дальней комнаты в полном одиночестве, грустно положив морду на лапы и никого не замечая…

ДРУЖБА ДЛИНОЮ
В ЖИЗНЬ

О Григории Семеновиче вспоминают как о самом дорогом и преданном друге. «С Гришей у нас очень много связано, нам было 8 или 9 лет, когда мы познакомились, – вспоминает подробности пятидесятилетней дружбы с Цинманом его близкий товарищ и одноклассник Анатолий Лобода. – Вместе учились в 37-й школе, вместе ходили в театр юношеского и детского творчества во Дворце пионеров, где нашим педагогом была замечательная женщина Наталья Иосифовна Сухостав. Жизнь развела нас по разным театрам, но это не имело никакого значения. Мы могли не видеть друг друга полгода, а когда встречались, то будто и не расставались. Могли просто сидеть и молчать, и нам было хорошо…
У Гриши был внутри стержень. Несмотря на всю его мягкость и доброту, были вещи, через которые он никогда не переступал. Что бы он ни начинал делать, всегда доводил до конца. За три дня до его ухода мы разговаривали по телефону, и он мне сказал: «Толя, я буду бороться до конца…». И он боролся, хотя все понимал…»
Григорий Семенович рос в интеллигентной семье стоматолога и медсестры. Семен Моисеевич Цинман и его супруга Зоя Капитоновна воспитывали своего единственного сына в любви и заботе. «Меня Киселев (Юрий Петрович – Авт.) все время допытывал: «Как вы могли воспитать такого сына?» – рассказывает мама актера Зоя Капитоновна. – А я говорю, ну как, я ведь очень простая женщина. Уважение к себе воспитывала, уважение к людям, трудолюбие. Все домашние дела мы всегда решали за круглым столом. Провинится ли Гриша, натворит чего-нибудь, садимся все вместе и обсуждаем.
Однажды Гриша где-то подработал и купил щенка дога – громадного, как теленок. Пошли они с ребятами на Волгу и там его дрессировали. Потом привели домой, и он на следующий день сдох, до того они его замучили командами. Все плакали, и Гриша тоже…
Конечно, в детстве они с мальчишками часто шалили. Как-то сделали самодельную бомбу и сбросили со школьного окна. Директором школы в то время был Гришин дядя. Но это не помешало ему поставить племяннику «четверку» по поведению. А тогда это было ужасным клеймом, с которым никуда не поступишь. Человек считался чуть ли не бандитом! Но Гриша поступил в политех и стал учиться на вечернем отделении – на дневное его не пускали. А когда начался прием в театральную студию, загорелся: «Мам, а вдруг я пройду?». И прошел. Мы с папой поначалу были против, вроде быть артистом для мужчины как-то несерьезно. Потом, конечно, смирились. Да и как иначе? Ведь Гриша был истинно народным артистом, его все любили. Киселев не уставал его хвалить. Я ему говорила: сынок, у тебя нет слуха. А Киселев возражал: у него все есть!
Как-то раз он ехал в троллейбусе, а напротив женщина с подростком. Сидят и на него смотрят. Потом подошли и говорят: «Григорий Семенович, дорогой! Мы уже десятый раз на ваши спектакли приходим. Дайте, мы вас пощупаем!». А он пришел домой, мне рассказывает и смеется…
Гриша был очаровательный сын. Послушный, внимательный. Очень любил дачу, она у нас прямо на Волге, на пригорке стояла. На террасах огурцы, помидоры, смородина, вишня. Помидоры были гигантские: кило двести штука! Розы я выписывала из Прибалтики, и когда сад зацветал, красота была необыкновенная. Гриша, когда был свободен, всегда нам с отцом помогал. В этом году мы дачу продали: ни я, ни Гриша уже не могли на ней работать…
Но, даже будучи больным, он часто приходил ко мне, привозил продукты. Он мужественно переносил болезнь и до самого последнего момента репетировал (Соловья в сказке по Андерсену – Авт.). Я ему звоню, говорю, сыночек, ты же, наверное, устал. А он: да что ты, мама, все нормально…»
«Папа у Гриши был фронтовик, – добавляет красок в семейный портрет Анатолий Лобода. – 9 Мая он надевал свой увешанный орденами китель и садился за стол принимать гостей. Весь день двери его дома были открыты: любой мог прийти и выпить с ним боевые сто грамм. Три года назад Семен Моисеевич умер, его смерть стала тяжелым ударом для Гриши…»

С НАМИ НАВСЕГДА

«Гриша был глубоко порядочным человеком и потрясающим партнером – красивым, тактичным, интеллигентным, обаятельным, – вспоминает актриса ТЮЗа Тамара Цихан. – Он никогда не давил на партнера, наоборот, растворялся в нем. Был у нас спектакль «Маленькие трагедии» по Пушкину, его ставил Антон Кузнецов. И у нас создалась вокруг него особая атмосфера, которой мы очень дорожили. Через какое-то время Кузнецов уехал и оставил Гришу за главного. И он курировал этот спектакль – держал его в узде. Все беспрекословно слушали Гришу, благодаря его усилиям мы были как одно целое. Я играла беса, он Фауста. И у меня был эпизод, где я спускаюсь на трапеции прямо из-под крыши театра, как в цирке. А я никогда в жизни не занималась этим. У меня была боязнь высоты, к тому же мне тогда уже было сорок с лишним лет. И бедный Гриша смотрел на меня диким глазом, как я там над ним вверху кувыркаюсь, и очень переживал…
Когда уходят близкие родные люди, внутри появляется дыра, как от выстрела. И эта дыра больше никем не может быть заполнена. Пожалуй, Гриша был таким, хоть и не родным по крови, человеком, от ухода которого то же самое образовалось внутри. И это не проходит, это со мной и навсегда…»
Как о человеке, излучающем свет и радость, вспоминает о Григории Цинмане его коллега по ТЮЗу, а ныне актриса Театра драмы имени Слонова Елена Блохина. «Мы познакомились с Григорием Семеновичем на спектакле «Репетитор», это был, наверное, лучший репетиционный период в моей жизни. У нас тогда сложились очень теплые дружеские отношения, которые прошли через всю жизнь. Мы редко встречались, но вот это чувство радости, которое испытываешь при встрече с ним, сохранилось у меня навсегда. С ним было очень приятно и легко общаться. Было ощущение теплоты и какой-то особой доброжелательности. Гриша имел удивительный дар положительно влиять на людей. Встреча с ним всегда окрыляла и поднимала настроение, даже если до этого у тебя его не было. Это пример того, как обаяние одного человека действует на все вокруг и оставляет след радости в душах других людей…»
«Гриша ни разу в своей жизни никого не обидел. Не было такого человека, который бы от него хоть как-то пострадал, – актер ТЮЗа Александр Федоров знает о достоинствах любимого друга не понаслышке. – Он сам был светлым, и юмор у него всегда был светлым. Незадолго до смерти он сказал мне: «Эх, противный у тебя, Сашка, характер! Противный и вредный. Но я тебя люблю…» И я его очень люблю, и буду любить всегда…».
Пожалуй, никто не знал Григория Семеновича лучше, чем его жена Людмила Николаевна Цинман. Но и прожив с мужем не один десяток лет, она до сих пор не перестает удивляться его человеческим качествам. «Не знаю, бывает ли, что Господь создает совершенных людей, но Гриша был именно таким. Его главной чертой было благородство. Оно сквозило во всем – на сцене, в быту, в отношении к родителям, детям. Он с поразительным благородством относился к нашим мамам. Даже во время болезни не переставал о них заботиться – возил по клиникам, навещал. Моя мама относилась к нему как к сыну.
Как муж Гриша меня всегда оберегал. От всего. И красавец, и поклонниц много, но я всегда была счастливой. Я до сих пор не знаю, был ли у него кто-то еще, да мне это и не интересно, настолько было хорошо…
Когда в сорок лет мы неожиданно родили дочку Соню, это было такое счастье, что трудно передать. В молодости не понимаешь, какое это чудо, все происходит как-то само собой. А тут мы наслаждались в полной мере. Гриша тогда и в консерватории учился, и преподавал одновременно, но при этом успевал мне помогать: и за молоком ходил, и все по дому делал. На таком подъеме мы были. Сонькино рождение – это сплошное счастье. У Гриши вообще была счастливая жизнь – красивая, наполненная. И с семьей все у него было хорошо, и с театром до определенного времени тоже…
Гриша был очень ранимый, но никогда ни на кого не взваливал свои переживания. Все держал внутри и не давал выхода. Он настолько был чуток к окружающим, их бедам и нуждам, что себя невольно вытеснял на задний план. Он никогда не ощущал себя по жизни главным, главными всегда были другие. Многие воспринимали эту внутреннюю утонченность как должное и не думали, что где тонко, там и рвется…
В профессии у него была очень высокая планка. Он не был доволен собой почти никогда. Ему даже казалось, что к нему относятся лучше, чем он того заслуживает. И это не было актерским кокетством.
За последнее время мы с Гришей очень сблизились. Он всегда был похож на умного благородного ребенка. Такая чистота в восприятии у него была, это удивительно. Вроде бы разного рода неправда не раз его касалась в жизни, а он ее словно не замечал…
Такая светлая у меня печаль… И нет внутри мрака… Гриша ушел на самой вершине, на самом пике – пике любви, совершенства и света…».

Последние выпуски
№ 353 от 5 декабря 2017 г.
№ 352 от 22 ноября 2016 г.
№ 351 от 26 ноября 2015 г.
№ 350 от 11 декабря 2014 г.
№ 349 от 16 декабря 2013 г.
№ 50 (348) 27 декабря 2012 г.
№ 49 (347) 20  26 декабря 2012 г.
№ 48 (346) 13-19 декабря 2012 г.
№ 47 (345) 6-12 декабря 2012 г.
№ 46 (344) 29 ноября  5 декабря 2012 г.
 Архив новостей
О нас




статьи